Откуда вообще берутся стили оформления жилого дома, общественного или культового здания? Почему та или иная манера оформления считается «актуальной», «правильной», даже «удобной», а другая объявляется неправильной либо неудобной?
Чтобы попытаться ответить на этот вопрос, стоит перенестись в прошлое и проследить, как оформляли свои дома представители древних цивилизаций. Выясняется, что стиль оформления жилого помещения в древние времена во многом зависел от климатических условий, в которых проживали те или иные народы. В качестве хорошего примера можно привести культуру постройки жилищ у представителей минойской цивилизации на острове Крит (III - II тысячелетие до нашей эры) и ахейцев (греческого племени), в середине II тысячелетия завоевавших Крит. Ахейцы были выходцами из более северных и суровых областей, нежели критяне, и в оформлении своих домов они руководствовались порой противоположными соображениями.
Так, центром ахейского дворца был «тенистый», по выражению Гомера, мегарон – просторный зал с колоннами, в центре которого находился очаг. Естественный свет в комнату проходил только через дверь, так как окон и прочих открытых пространств в комнате не было: ахейцы таким образом уберегали дом от непогоды. Дым от очага уходил в специальное отверстие в потолке. Подобная обстановка дома культивировалась ахейцами даже после того, как они вторглись на тёплый Крит и завоевали его. Критяне же в первую очередь ценили солнечный свет, и в каждом дворце, в том числе знаменитом Кносском, было предусмотрено, чтобы комнаты получали обилие естественного освещения.
Светлый интерьер критских дворцов определил и внутреннюю обстановку и декоративное оформление: Кносский и другие дворцы минойской культуры изобилуют фресками, красочно и реалистично представляющими разные стороны жизни критян. Ахейские дворцы первоначально отличались суровостью убранства, однако после завоевания Крита ахейцы переняли местную культуру оформления помещений и также стали расписывать тёмные залы своих дворцов фресками.
Конечно, в античных домах и дворцах на окнах ещё не было стекла или заменяющих его материалов. Поэтому и была возможна только такая альтернатива – либо открытое пространство, либо «тенистое» помещение, освещённое факелами. Закрывать окна прозрачным (или полупрозрачным) материалом придумали значительно позднее, и это означало некий компромисс: дом был защищён от непогоды, но пропускал достаточно солнечного света. Но стекло вошло в широкое употребление только в Новое время, а до этого на всём просторе цивилизованного мира господствовала слюда (для богатых сословий) или мочевой пузырь крупного рогатого скота (для бедных сословий). Рассказывают, что при Иване Грозном русские купцы совершили визит в Стокгольм, считавшийся в то время одним из самых богатых городов. В шведской столице стекло на окнах уже было очень популярным, чему русские купцы несказанно удивились и прозвали город «Стекольным».
Во многих древневосточных обществах была принята концепция того, что дом является «маленькой Вселенной», поэтому жилое пространство старались делить на участки, соответствующие тогдашнему пониманию мироздания. Особое значение придавали восточной части комнаты, посвящённой Солнцу. Эта древняя традиция, как ни странно, пережила тысячелетия, в несколько переосмысленном виде была воспринята христианством и закрепилась в самой архаичной и примитивной форме христианства – русском православии.
Обязательной частью основной жилой комнаты в русском жилище (от крестьянской чёрной избы до княжеского терема и царского дворца) был «красный угол», находящийся в восточной части комнаты и обильно заставленный иконами. Ведь Христос есть «Новое солнце» «Солнце правды», а на Востоке, кроме того, располагалась колыбель православия – Константинополь. Впрочем, традиция организации «красного угла» является отголоском ещё и древнеримского обычая устраивать в основной комнате дома, в углу, небольшое святилище, нишу, в которой располагались статуи (часто – небольшие статуэтки) Ларов – богов домашнего очага и семейного благополучия. Их могло быть множество, также как и святых на русских иконах в «красном углу», и к ним прибегали в самых различных ситуациях. А вот скульптуры в русском религиозном интерьере не прижились, так как, по мнению «отцов церкви», своим видом они напоминают языческие идолы.
Вообще русский быт и в том числе интерьер жилого дома долгое время оставался в «религиозных» рамках. Русскому человеку было просто непонятно, как это в доме может быть изображено что-то ещё кроме бога и святых. Поэтому, например, картина и светский портрет с трудом пробивали себе путь на стену комнаты в доме русского человека. Парадные парсуны в царском дворце XVII века, изображавшие членов царской семьи и высших сановников, были написаны в иконописной традиции и отвечали принципу прижизненной канонизации царя, господствовавшему в средневековой Руси: царь изображался во всём величии и одновременно смирении, в ригидных и закостенелых позах, похожий на святого. Личностные особенности портрета были нивелированы. Царь, как-никак, это исполнитель «божьей воли», а не инициативный руководитель со своими достоинствами и недостатками. Только при Петре у дворян входит в обычай увешивать стены своих домов произведениями живописи, как это было принято в Европе.
Интерьер дома ещё и мог напоминать о загробной жизни, образ которой вольно или невольно стремились воплотить в жилище. Посмотрите на комнату в «восточном стиле»: всё располагает к радости, расслаблению, веселью и отдыху, вокруг много сочных фруктов, ярких красок, в комнате может быть устроен даже маленький фонтан. Всё это – образец исламского райского блаженства, которое станет вечным достоянием праведника. Фонтан и сочные фрукты как символ изобилия присутствуют здесь не случайно – ведь исламская религия зарождалась в жёстких климатических условиях Аравийской пустыни. Взглянем теперь на покои скандинавского конунга: по стенам развешано лучшее оружие, в середине зала установлен длинный стол для общих трапез, котёл с пивом; в таком доме хорошо пировать, не отвлекаясь от постоянных героических сражений. Всё это ждёт праведного викинга в Вальхалле, где он будет править над миром вместе с самим Одином. За этот котёл с пивом боги устраивали даже жестокие войны и шли на хитрые и коварные поступки, как это описано в «Старшей Эдде». Хотя, конечно, зависимость во всех этих случаях скорее обратная: образ «небесного царства» «срисовывался» с интерьера родного дома, который, в свою очередь, зависел от климата, уровня культурного развития того или иного народа, состояния войны или мира с соседними народами.
